притча...
В одной деревне жил-был одинокий старик. По вечерам рядом с его домом играли местные мальчишки. Игры, как водится, сопровождались громкими воплями. Старику это надоело, и однажды вечером он пригласил мальчиков к себе. Он рассказал им, как ему нравится слушать громкие детские голоса, и обещал каждому дать по рублю, если они пообещают прийти и завтра. Ребята пришли и играли ещё веселее и шумнее. Старик заплатил им и обещал в следующий раз заплатить снова. Но следующим вечером мальчики получили уже не по рублю, а по 50 копеек. На третий вечер старик заплатил им всего по 10 копеек и объяснил, что у него кончаются деньги. — Дорогие дети, — попросил он, — а не согласились бы вы завтра прийти снова и поиграть просто так? Крайне разочарованные, мальчики заявили, что вообще больше не придут. Стоит ли за бесплатно тратить столько сил?

Как-то Черчилль с женой прогуливались по вечернему Лондону. Когда они проходили через очередной дворик, к ним подошел дворник. К удивлению премьер-министра, дворник заговорил с леди.
Черчилль удивился: «Почему он был так заинтересован в общении с тобой?». Она ответила, что в ее подростковые годы этот дворник был безумно влюблен в нее.
На что знаменитый политик заметил: «Видишь, если бы ты вышла за него замуж, ты бы сейчас была женой дворника…».
Но супруга дала блестящий ответ: «Нет. Если бы я вышла за него замуж, он бы стал премьер-министром».

Памятник Екатерине II, что перед Александринским театром, украшают скульптуры её выдающихся сподвижников. В их числе достойное место занимает генерал-фельдмаршал Пётр Александрович Румянцев-Задунайский, блестящий полководец, добывший славу в битвах при Ларге и Кагуле. В молодости Пётр Александрович грешил "леностью и забиячеством", а также большой слабостью к прекрасному полу. С годами он превратился в непобедимого военачальника, по-отечески заботившегося о своих солдатах, за что и был обласкан императрицей. Однажды Румянцев, выходя из церкви после богослужения, на котором присутствовала Екатерина II, заметил в толпе своего бывшего офицера и подозвал его.
— Давно ли в отставке? — громко спросил генерал-фельдмаршал.
— Семь лет, по милости вашего сиятельства, — ответил заробевший ветеран.
К разговору прислушалась находившаяся неподалёку Екатерина.
— Женат? — продолжал расспрашивать Румянцев.
— Женат, по милости вашего сиятельства.
От близости царственной особы и разодетых придворных отставной офицер совсем смешался.
— И дети есть?
— Трое, по милости вашего сиятельства...
При этих словах императрица рассмеялась:
— Не знала я, Пётр Александрыч, что ты такой милостивый!..

Иван Андреевич Крылов об одном из приёмов у Его Величества Александра I:
"Что царские повара! С обедов этих никогда сытым не возвращался. А я прежде так думал — закормят во дворце... Убранство, сервировка одна красота. Сели — суп подают: на донышке зелень какая-то, морковки фестонами вырезаны, да все так на мели и стоит, потому что супу-то самого только лужица. Ей богу, пять ложек всего набралось. А пирожки? — не больше грецкого ореха. Рыба хорошая — форели ведь гатчинские, свои, а такую мелюзгу подают...
За рыбою пошли французские финтифлюшки. Как бы горшочек опрокинутый, студнем облицованный, а внутри и зелень, и дичи кусочки, и трюфелей обрезочки — всякие остаточки. На вкус недурно. Хочу второй горшочек взять, а блюдо-то уже далеко (...)
А сладкое! Стыдно сказать... Пол - апельсина! Нутро природное вынуто, а взамен желе с вареньем набито. Со злости с кожей я его и съел. Плохо царей наших кормят надувательство кругом. .. Вернулся я домой голодный-преголодный"